Слово о земляке

Автор: В.Н. Толпинский

Одна из самых больших улиц в Мичуринске когда-то называлась Лебедянской. Теперь она носит имя Александра Герасимова. Если вы впервые приедете в город и побываете на этой улице, не только ее старожилы, но и каждый школьник поведают много интересного о своем земляке. Они непременно покажут старинный двухэтажный дом с кирпичным забором и массивными воротами, где протекало детство художника, который он постоянно навещал до последних дней жизни. Иные вспомнят про личные встречи и задушевные беседы. Ну и, конечно, не без гордости назовут не одну замечательную картину, созданную рукой первоклассного мастера.
Эта осведомленность отнюдь не случайна. Александр Михайлович был истинным патриотом Родины. Но какую-то особую трепетную любовь он питал к Тамбовщине, к необозримым просторам ее полей и лесов. Будучи маститым художником и живя в Москве, он всегда был до предела занят творческими и общественными делами. Но и в эту пору не допускал мысли, чтобы несколько раз в году не побывать в родных местах. К своим землякам он относился с глубоким уважением и признательностью. И они платили ему тем же.
Мне лично очень часто довелось встречаться с художником в годы войны. Приезжая в Мичуринск, он первым делом заходил в редакцию. Вечерами в свободную минуту многих друзей и знакомых приглашал посидеть «за самоваром» дома.
Каждая такая встреча оставляла глубокий след. Александр Михайлович был человеком широкой эрудиции. Рассказывал ярко, образно, поражал всех своей удивительной памятью.
— Послушайте-ка, милые мои, как в детстве я с ребятами в ночное ездил, — начинал он приятным певучим голосом...
Но забавный эпизод про поездки в ночное был только трамплином к взволнованному повествованию о далеком прошлом, о людских судьбах. Александра Герасимова в детские годы тоже судьба не баловала. Отец - Михаил Софронович, человек «строгих правил», был прасолом — скупщиком скота. К своему «делу» он пытался приобщить и сына. Но, как говорится в народе, худа без добра не бывает. Постоянное общение с простыми людьми, близость к природе, пробудили в его душе тонкое поэтическое чувство. Это и послужило первой причиной страстного желания стать живописцем. О своей заветной мечте подросток никому не рассказывал. Но все чаще и чаще, уединившись где-нибудь в укромном месте, он делал свои первые наброски на листе бумаги.
Большую роль в дальнейшей судьбе Герасимова сыграл приехавший в начале 1900-х годов в бывший Козлов, а теперь Мичуринск, талантливый художник Сергей Иванович Криволуцкий. Ознакомившись с работами юноши он сказал решительно:
— Искра Божья у тебя есть. Если погасишь ее — совершишь непоправимую ошибку. Учиться надо. Учиться настойчиво...
Рассказывая о своем первом наставнике, о годах учебы в Москве в училище ваяния и зодчества под руководством выдающихся мастеров живописи Серова и Архипова, об участии в крупных выставках, Герасимов часто восклицал:
— Скажите, пожалуйста, как же не любить мне родной Мичуринск. Дорога-то отсюда начинается...
И он не изменял этой любви. С первых дней Великого Октября до 1925 года, несмотря на то, что не раз приглашали в столицу, художник никак не мог расстаться с родным городом. Этот период - яркая, незабываемая страница в становлении мастерства художника.
Общаясь с новыми людьми, молодой, полный творческих сил художник понимал, что искусство не может стоять в стороне от жизни. Оно должно служить народу, ставшему полноправным хозяином земли. По инициативе Александра Михайловича в городе была создана «Коммуна товарищества художников». Ее члены писали лозунги, панно, политические плакаты на тему дня. Успех работы был огромный. Толпы людей собирались около зданий, на стенах некоторых висели яркие полотнища, отображающие самые злободневные события. Они призывали народ восстанавливать разрушенное хозяйство, бороться с дезертирами, зло и остро высмеивали внешних и внутренних врагов молодой Советской республики.
Вскоре в Козлове открылось несколько культурных учреждений: клубы строителей имени Максима Горького, железнодорожников имени Свердлова, имени Карла Маркса. Много потрудились члены коммуны над их оформлением: писали портреты вождей, легендарных полководцев и все те же красочные плакаты, которые служили боевым оружием борьбы нового со старым.
Несколько народных домов открылось в окрестных селах: Заворонежском, Борщевом, Громушке. Художники взяли шефство и над ними. Работать было нелегко. В помещениях стоял холод. Краски застывали. Материалов не было. Но, разыскав кусок мешковины, художники принимались за дело. Иной раз просиживали над оформлением ночь напролет. А к утру появлялась новая картина, рассказывающая языком красок о великих переменах, происшедших в жизни страны.
В дни революционных праздников улицы города были расцвечены яркими кумачами. На бывших купеческих домах гордо возвышались огромные панно, прославляющие наступление новой эпохи, которая сулит освобожденному человечеству настоящее счастье. На длинных полотнищах огромными буквами были написаны боевые лозунги. Они призывали народ к сплочению, к единству, к неутомимой борьбе за светлое будущее.
В канун первой Октябрьской годовщины Александр Михайлович задался целью отлить из гипса большой бюст Карла Маркса. Несколько дней и бессонных ночей провел он над этой кропотливой и сложной работой. Многое пришлось переделывать заново, чтобы добиться точности исполнения, чтобы создать яркий и убедительный образ основоположника учения о строительстве коммунистического общества.
Еще за несколько лет до революции в Козлове открыли драматический театр. Его посетителями была местная знать: дворяне, купцы и незначительная часть привилегированных чиновников. Приезжие артисты ставили здесь пьесы третьестепенных авторов с какими-нибудь таинственными и загадочными названиями, рассчитанные на ограниченные интересы местной публики.
Теперь двери театра были широко открыты для нового зрителя — рабочего, красноармейца, рядового служащего. Они приходили сюда после напряженного трудового дня: в спецовках, шинелях, простых домашних костюмах, до отказа заполняя вместительный зал. Это был самый благодарный, самый отзывчивый зритель. Его культура, может быть, была не на высоком уровне. Зато всем своим нутром он умел отличить правду от фальши, горячо любить настоящих героев, смелых, отважных и сильных духом, и ненавидеть жалких людишек из «уходящего мира».
В ту пору в театре была сколочена хорошая труппа. Здесь, например, в течение нескольких лет работал один из талантливых актеров русской периферийной сцены Павел Николаевич Орленев. В качестве художника-декоратора в театр пригласили Александра Михайловича Герасимова. За это новое дело он взялся с огромной энергией.
— Я знаю, насколько важен мой труд, — говорил художник. — От умело исполненной декорации во многом зависит успех спектакля. А у театра в наше время большое будущее. Он должен стать проводником передовой культуры.
Многие мичуринцы и сейчас вспоминают лучшие спектакли, шедшие на сцене местного театра в те годы. Особенно большое впечатление осталось от «Тараса Бульбы» Гоголя. Когда поднялся занавес и артисты не сказали еще ни одного слова, все взоры зрителей устремились на декорацию. Перед ними открывался привольный украинский пейзаж. Художник не поскупился на краски. Их яркость и солнечность с особой силой выражали красоту природы, раскрывали ее богатства.
Истинный расцвет таланта Александра Михайловича Герасимова наступил в предвоенные годы. Каждый, кому приходилось бывать на художественных выставках в Третьяковской галерее, в других крупнейших залах столицы, подолгу любовался его натюрмортами, пейзажами и портретами.
Кто не помнит, к примеру, замечательные картины «Ленин на трибуне» и «Старейшие русские художники». Недаром обе они были удостоены Государственной премии.
Александр Михайлович был не только большим художником, но и крупным общественным деятелем. Многие годы он был президентом Академии художеств. Трудящиеся Уваровского избирательного округа Тамбовской области дважды избирали его депутатом Верховного Совета РСФСР.
И снова мне приходят на память незабываемые встречи выдающегося мастера искусства со своими земляками...
Второй раз трудящиеся района назвали его кандидатом в депутаты Верховного Совета РСФСР. Убедившись на деле в его тесной связи с народом, в его умении постоять за интересы трудящихся, они вновь решили оказать ему высокое доверие.
Просторный зал районного клуба не мог вместить всех желающих. Огромная толпа народа осталась на улице. Здесь предвыборное собрание транслировалось по радио.
Один за другим выходили на трибуну колхозники, рабочие местных предприятий, представители интеллигенции. Все они рассказывали о тесной связи депутата с избирателями. Говорили о своих успехах, о нуждах.
Внимательно слушали присутствующие простую, волнующую речь кандидата. Он говорил о величии нашей Родины, о благородной и неутомимой борьбе свободолюбивых народов за счастье на земле, за прочный и длительный мир во всем мире.
— Скажите, где это может быть, чтобы простые люди труда рука об руку с учеными, деятелями литературы и искусства шли к осуществлению заветной цели, — говорил художник. — Только в нашей стране это возможно, где сердца всех людей бьются воедино. Окинув взволнованным взором присутствующих, он продолжал:
— Я, советский художник, крепко люблю нашу дорогую Отчизну. Могущественна и величава она. Особенно дороги мне необозримые и плодородные поля родной Тамбовщины. Так пусть же богатеет она с каждым днем на радость нам, назло врагам мира!
Это были слова истинного патриота, человека, беспредельно преданного своей стране, своему народу. И присутствующие ответили на них овацией.
После собрания Александра Михайловича окружила группа колхозников, молодежи, детворы. У каждого были свои вопросы, свои мысли. Художник внимательно выслушивал их, в свою очередь, расспрашивая о колхозных делах, о сельских новостях.
...В небольшую комнату правления клуба вошел седобородый старик лет шестидесятипяти. В руках он держал аккуратно закатанный в трубку сверток.
— С просьбой к вам, Александр Михайлович, — сказал он. — Внучок у меня есть. В седьмом классе учится. К рисованию большая любовь у него. Как знать, может, и толк выйдет. Решил посоветоваться...
Художник развернул сверток и долго, внимательно рассматривал картины мальчика.
— Смотрите, как хорошо сделано! — сказал он, обращаясь к присутствующим. — Главное — с натуры. И краски верно положены. Видно, паренек хорошо чувствует окружающее. Помолчав немного, Александр Михайлович продолжал:
— Сейчас, конечно, для него главное — получить общее образование. Без знаний в наше время далеко не уйдешь. Прежде всего — учиться. И любимое дело забывать нельзя. Пусть каждую свободную минуту отдает рисованию. А там сама жизнь ему дорогу укажет.
Прощаясь со стариком, художник дал ему свой адрес и попросил обязательно присылать новые работы мальчика.
— Сердечная вам благодарность, — крепко пожимая руку художника, взволнованно говорил старик.
— За что же благодарность... Это мой долг. Разве можно свои знания держать под спудом, на своем опыте знаю. Без помощи и хорошего совета в люди не выйдешь.
Видно было, что эта встреча со стариком невольно вызвала у художника воспоминания о далеком прошлом. Он долго и увлекательно рассказывал о том, с каким трудом приходилось ему пробиваться «в люди», сколько горестей и радостей испытал на своем благородном, но тяжелом пути.
— Стойкость и воля выручили, — говорил он. — А если бы спасовал, испугался бы трудностей, никакой бы талант не помог. Иное дело — в нашу пору. Если человек одаренный и напористый — ясная дорога лежит перед ним.
...Когда мы вышли из клуба, а на улице уже вечерело, в колхозных избах зажглись яркие электрические огни. У большого каменного здания с широкими окнами, над дверями которого висело красное полотнище с надписью: «Избирательный участок» было особенно людно. На всю окрестность разносилась боевая задорная песня: Вдоль деревни, от избы и до избы, Зашагали торопливые столбы...
Александр Михайлович, приветливо улыбаясь вслед веселой гурьбе молодежи, сказал:
— Счастливый народ! — А потом, лукаво подмигнув, добавил: — Ничего, я им тоже ровесник!
В Москве на улице Левитана стоит красивый, утопающий в зелени особняк. Здесь до последних дней жил Александр Михайлович. Здесь же была и мастерская.
Рабочий день у художника был всегда расписан, точно по графику. И все же он постоянно находил время повстречаться со своими земляками, которые, приезжая в Москву, запросто заходили к нему в мастерскую. Много раз посчастливилось побывать здесь и мне.
Однажды я застал Александра Михайловича над работой за картиной.
В минуты отдыха, вооружившись трубкой, Александр Михайлович рассказывал о своих творческих планах.
— Как много тем волнующих, ярких, неотложных, — говорил художник. — Они так и просятся на полотно.
Глядя на работы Герасимова, на него самого, невольно думается: сколько неиссякаемой энергии и подлинно творческого горения у этого человека. Именно это позволило ему достичь высокого мастерства, путь к которому лежал через большие трудности и испытания.
— Портрет — самое серьезное в живописи, — часто говорил Александр Михайлович. — В задачу портрета входит восстановить лицо человека и заставить его жить на полотне через столетия...
Эту высокую и трудную цель поставил прежде всего перед собой художник, работая над одним из своих наиболее крупных произведений, принесших ему широкую известность, — «Ленин на трибуне».
Создать правдивый и убедительный образ пролетарского вождя в любой области искусства — задача особенно сложная. И в живописи наиболее смело, наиболее талантливо ее посчастливилось разрешить Александру Михайловичу Герасимову.
...В этом замечательном портрете Ленин изображен на высокой трибуне. Его стремительный взгляд, его рука обращены к многочисленной массе демонстрантов. А в вышине осеннего неба плывут тяжелые, свинцовые облака. Это подчеркивает сложность обстановки. Но еще и еще пристальнее посмотрев на могучий ленинский образ, на народ, стоящий за ним железной стеной, понимаешь, что нет и не может быть такой силы, которая одолела бы нас.
Художник избежал в картине изображения второстепенных деталей, чтобы они не заслонили главной, центральной темы: показать вождя революции, вдохновляющего миллионы людей на великие подвиги во славу своей Родины.
Умер Александр Михайлович Герасимов в 1963 году. Большую, яркую жизнь прожил этот человек недюжинного таланта. Его лучшие работы навсегда войдут в золотой фонд изобразительного искусства страны. С особой признательностью и благодарностью будут чтить его имя земляки-тамбовцы.