Воспоминания о Галине Александровне Герасимовой

Автор: З.А.Хачатрян

Александр Михайлович, как я писал ранее, очень любил свою дочь, так как она была единственным ребенком в семье. Когда она заболела менингитом и ее жизни угрожала опасность, родители, зная об этом, мучились вместе с ней. Когда родителям стало за 70, возник не менее мучительный вопрос: «Как быть?» На старости лет некем было утешиться, поделиться своими мечтами о будущем, не было сына и внуков, чтобы позабавиться, схо­дить на елку, посмеяться вместе с Дедом Морозом и получить подарки.

Галина Александровна была доброй и очень внимательной девушкой. Любила музыку, особенно фортепьянную. Нравилось ей кино с безобидным окончанием. Контактировала с подругами, знакомыми независимо от возраста. Любила читать.

Как-то вечером она зашла ко мне в мастерскую с большим желанием повеселить: «Хо­тите, я вам расскажу анекдот?» и с сияющим лицом и немигающим взглядом рассказала:

Дуракам закон не писан,

Если писан, то не читан,

Если читан, то не понят,

Если понят, то не так».

Мы оба сильно расхохотались, и Галина Александровна ушла довольная тем, что разве­селила меня.

В спокойные минуты она была просто прекрасной, добродушной и очень вниматель­ной к собеседнику. Любила писать цветы с большим вниманием и искренностью. От роду она была живописцем. Но как она могла все детали в изображаемом натюрморте и пейзаже собрать в общую целостность, это вызывало удивление. Любила она цветы, в основном сирень с Колесниковского куста, которая ежегодно цвела под окном в саду.

Замечания ей никто не делал, даже отец. Она работала, мирно уходя вся в свою единс­твенную радость жизни, радость, присущую только ей одной. Это мир живописи, который был для нее единственно верным, любимым и доставляющим искреннюю радость. В ра­боте над холстом она мысленно уходила в мир красоты, которому она была предана, как любимой музыке Софроницкого из фильма «Великий Карузо».

Галина была очень честной и доброй, как говорил Александр Михайлович Герасимов. Когда я был в Ленинграде, мне иногда звонил Александр Михайлович и говорил: «Захарушка! Завтра приедет Галюша, она устроится в «Астории» и будет встречаться с подругой. Пожалуйста, после работы побудь с Галюшей, сходите в кино, на концерт, денежки будут». Галина Александровна очень любила слушать Софроницкого и постоянно ходила на его концерты. Она слушала их с большим вниманием. В Ленинграде почти всегда Галина и на просмотре кинофильмов была со мной, что происходило довольно часто. Она смотрела один и тот же фильм, который ей нравился, по несколько раз. Из Москвы она часто писала мне приятные письма обо всем, что замечала.

Последние дни своей жизни она попросила меня приехать к ней, что я и сделал. Она была прикована к постели и жаловалась мне на свою болезнь, рядом сидел Владилен Алек­сандрович Шабельников, ее муж.

Попрощавшись с ней, я уехал сам не свой. Царство ей небесное...